Лоббизм по-русски
Николай Немчинов

 
Вхождение в ВТО, рост цен на зерновые и внутреннее перепроизводство
чуть было не сделали из свиноводства одну из самых убыточных отраслей и без того не всегда рентабельного российского сельского хозяйства. Тем не менее краха, предрекаемого отрасли многими экспертами, так и не произошло.

По информации МСХ РФ, за первое полугодие 2013 г. объем импорта свинины составил 273,7 тыс. тонн. Это весьма неплохо, ведь без учета СНГ в 2012 г. импорт составил 727,6 тыс. тонн, в 2011 г. – 717,4 тыс. тонн, а в 2010 г. – 680,8 тыс. тонн.
Одновременно с этим был увеличен объем средств федерального бюджета на компенсацию удорожания кормов. Если в 2011 г. он был 3 млрд рублей, в 2012 г. – 1,5 млрд рублей, то сегодня – 5,7 млрд рублей.
Федеральным министерством для софинансирования из федерального бюджета отобрано 26 региональных программ, направленных на развитие глубокой переработки продукции свиноводства, создание селекционно-генетических и селекционно-гибридных свиноводческих центров, а общий объем софинансирования из федерального бюджета составил 3,2 млрд рублей. При взгляде на эти цифры и не скажешь, что совсем недавно ситуация в отрасли была далеко не из самых радужных.

Шок – это по-нашему
«Переизбыток предложения импорта, наложившийся на планово прирастающие объемы собственного производства свинины, и стал главной причиной обрушения цен на живых свиней, произошедшего с осени 2012-го до мая 2013 г.», – считает член научно-экспертного совета комитета по аграрным вопросам Государственной Думы РФ Данил Фербиков.
Безусловно, были и другие факторы: сезонность, частичное переключение мясопереработки со свинины на птицу, но возросший вместо снижения импорт оказался наиболее критичен.
С этим соглашается и генеральный директор «Сибирской аграрной группы» Андрей Тютюшев, замечая, что импортеры специально придержали мясо до вступления России в ВТО, а после вбросили его на рынок, чтобы продать без ценовых ограничений.
По информации Национального союза свиноводов, в 2012 г. вместо ожидаемого снижения импорта на 70 тыс. тонн, а это около 10% от объемов 2011 г. (квоты были снижены с 500 до 430 тыс. тонн), импорт вырос на 60 тыс. тонн, или на 9% (т. е. на 130 тыс. тонн больше от планировавшихся цифр), а непосредственно после присоединения к ВТО общий импорт вырос на 26%.
Еще более драматичная ситуация произошла со сверхквотным импортом, который практически не был ограничен ни в объемах, ни в странах-производителях. За 2012 г. он вырос на 63%, а непосредственно после присоединения к ВТО – на 98%, т. е. практически в 2 раза.
«Важен и другой момент, – добавляет руководитель исполнительного комитета Национальной мясной ассоциации Сергей Юшин. Существует ряд стран, которые пользуются льготным режимом торговли с Россией. Это Белоруссия в рамках Таможенного союза – в общем объеме поставок свинины она довела свой показатель импорта до 9% и Украина, которая пользуется льготной торговлей в рамках СНГ».
Кроме того, из-за летней засухи произошел рост цен на фуражное зерно более чем в 2 раза. Цены не только превысили исторические отечественные максимумы 2008-2010 гг., но и оказались выше среднемировых. В первую очередь, это отразилось на наиболее слабых участниках рынка – ЛПХ, что повлекло за собой массовый забой скота, а соответственно, и увеличение предложения мяса на рынке.
В итоге к середине первого квартала 2013 г. рентабельность основной массы свиноводческих комплексов упала с имевшихся в последние несколько лет 20-25% прибыльности до убыточности в 15-20%.
Есть и другой момент. Провозглашенный принцип равенства прав всех участников ВТО действует фактически только до присоединения страны к всемирной организации, ведь права каждого государства определяются в ходе переговоров и в процессе его присоединения. Как результат, страны имеют абсолютно разные обязательства. Например, Россия при присоединении к ВТО взяла на себя обязательство с 2020 г. отказаться от механизма квотирования по импорту свинины и перейти на плоскую пошлину по этому товару, тем самым максимально открыв рынок для импортного мяса. В то же время Евросоюз активно использует данный механизм для защиты собственного рынка от импорта и не собирается от него отказываться.
«Квота на импорт свинины в страны ЕС составляет 77,213 тыс. тонн. Государства, включенные в квоту: прочие (по соглашениям с ЕС), Канада и США. Таким образом, в ЕС на одного человека приходится около 1 кг импортного мяса по квоте в год. Для сравнения: в России в 2012 г. на одного человека пришлось около 10 кг импортной свинины и еще около 8 кг на человека было ввезено мяса сверх квот», – замечает главный эксперт по анализу и прогнозированию рынка Национального союза свиноводов Николай Бирулин.

На высшем уровне
«Все контакты в ВТО происходят между представителями государств, так что государственный протекционизм является фактически единственным инструментом регулирования объемов экспорта и импорта, и все страны – члены Всемрной торговой организации используют его в виде легитимных инструментов в рамках правил ВТО», – рассказывает Николай Бирулин.
Другое дело, что сдерживание импорта при помощи заградительных мер как долговременный и стабильный механизм защиты рынка воспринимать, наверное, не стоит. По сути, это каждодневная работа в поисках изъянов ветеринарных и санитарных ошибок в производстве иностранной продукции.
Как замечает руководитель исполнительного комитета Национальной мясной ассоциации, сегодня инструментов регулирования практически не осталось, одним из последних механизмов была отмена преференциального режима при ввозе свинины из развивающихся стран.
«Мясо и мясопродукты вообще должны быть изъяты из режима свободной торговли другими странами. Практика изъятия по отдельным категориям товаров у нас давно существует, к примеру, по торговле сахаром с Украиной», – делится мнением Сергей Юшин.
Несмотря на общую либерализацию, практика, когда страна хочет защитить наиболее чувствительные отрасли, вполне нормальна. Мы видим, что ЕС договаривается о торговле с Канадой, и наиболее чувствительные отрасли, такие как производство сыра и мяса, изымаются из общего режима. В России ничего этого нет, а если и есть, то претворяется в жизнь с огромным запозданием.
«Причина негативных явлений – в недостаточной регулируемости российского сельского хозяйства. Тех мер, которые предпринимает правительство, не хватает, чтобы отрасль была стабильна, как, например, в Европе и Америке. Там рынок очень сильно регулируется государством. У нас же все отдано на откуп рынку. По большому счету ни интервенционные фонды, ни другие меры на него влияния не оказывают», – сетует генеральный директор «Сибирской аграрной группы» Андрей Тютюшев.
Все же надо констатировать: развитие ситуации в свиноводстве показало, что бизнес-сообщество и власть могут работать вместе. Конечно, открытым остается вопрос, кто был движущей силой, а кто вставлял палки в колеса. Но тем не менее…
«В результате комплекса мер по регулированию импорта за три квартала 2013 года его объем в сравнении с аналогичным периодом прошлого года сократился на 15,5% (без учета объемов импорта шпика и субпродуктов), при этом уменьшение сверхквотного импорта без учета торговли со странами ТС и в особые экономические зоны составило 58%», – констатирует Николай Бирулин.
Также, несмотря на рекордный прирост с января по октябрь 2013 г. объемов собственного производства свинины на сельхозпредприятиях (445,7 тыс. тонн в живом весе), с мая 2013 г. на рынке живых свиней начался процесс восстановления цен.
К сожалению, уровень цен на живых свиней так и не достиг максимальных показателей прошлого года, но за счет снижения стоимости фуража, благодаря продажам зерна из интервенционного фонда и хорошим объемам зерна нового урожая отрасль к концу второго квартала текущего года смогла выйти из зоны отрицательной рентабельности.
«Да и вообще надо констатировать, что предсказуемая ситуация, когда мы могли спрогнозировать соотношение цен хотя бы в рамках инфляции, как было в 2010-2011 гг., теперь уже вряд ли повторится. Мы начинам копировать ситуацию на мировом рынке в целом, где наблюдаются существенные колебания цен на живых свиней», – прогнозирует Сергей Юшин.
Более того, руководитель Национальной мясной ассоциации считает, что в российской экономике прослеживаются не слишком хорошие перспективы: ухудшение общего экономического положения и как минимум стагнация покупательной способности населения. Мы также проигрываем в валютной войне. В то время как все валюты мира стараются ослабляться по отношению к доллару, рубль в ретроспективе пяти лет, наоборот, укрепился.

Шаг вперед?
Сегодня действительно значимым и позитивным фактором является инерционный рост в промышленном свиноводстве, что наиболее показательно видно на примере
ЦФО. Одновременно с этим идет уменьшение доли ЛПХ.
«Для малых форм хозяйствования свиноводство перестает быть привлекательным, – замечает Сергей Юшин, – это в первую очередь связано с рисками ветеринарного надзора: стало сложнее заниматься перевозкой и реализацией животных, выращенных в нарушение ветеринарных требований. Кроме того, дает о себе знать политика ряда регионов, связанная с переводом свиноводства ЛПХ на альтернативные виды деятельности. Да и сама демографическая ситуация – отток населения из сел и его старение – делает свиноводство на селе все менее перспективным».
Согласно оценкам экспертов, эта тенденция приведет к сокращению численности свиного поголовья при повышении эффективности производства и улучшении качества готовой продукции.
«Благоприятнуаяситуация по урожаю 2013 года способствовала тому, что цены на зерно к осени нормализовались на отметке 5,7 рубля за килограмм ячменя и 6,2 рубля за килограмм пшеницы, что в лучшем случае к концу года выведет отрасль из убыточности в нулевую доходность», – отмечает Данил Фербиков.
Что же касается взаимодействия с властными структурами, то двигаться тоже есть куда.
Так, с 1 января 2013 г. правительство продлило льготы по налогу на прибыль. Кроме того, ведется работа по подготовке изменений в госпрограмме в части ежегодной поддержке свиноводства до 2018 г. с целью частичной компенсации доходов свиноводческой отрасли из-за присоединения России к ВТО, идет разработка дополнительных механизмов государственной поддержки животноводства. Также в следующие 5 лет доля промышленного свиноводства вырастет с сегодняшних 60 до 85% от общего производства. По крайней мере, так планируется. К 2020 г. и моменту отмены механизма квотирования, а соответственно и перехода на плоскую шкалу импортного тарифа в 25%, отрасль приобретет все необходимые элементы конкурентоспособности.

Все это очень хорошо. Но с учетом того, что ситуация в отечественном АПК меняется по большей части с наступлением негативных явлений, не придется ли отрасли ждать нового кризиса для дальнейшей модернизации?

         
Perfectagro.ru © 2010  Все права защищены.
           
Журналы Контакты Реклама