Раиса Губанова

 

БУДЕТ ХЛЕБ — БУДЕТ И ОБЕД

 

По прогнозу Минсельхоза России, в этом году урожай зерновых может составить 85–90 млн тонн. В минувшем году цифры были намного ниже — 60,9 млн тонн в весе после доработки. Нынешняя уборочная страда, считают специалисты главного аграрного ведомства страны, позволяет говорить о том, что село успешно преодолело последствия засухи. Отмечают также, что неплохая ситуация складывается в отношении рапса, кукурузы и подсолнечника.

«Будет хлеб — будет и обед» — говорит народная мудрость. Предполагаемый большой урожай может преподнести хороший «обед» экспортерам зерна. По крайней мере, после снятия запрета на вывоз его из России коммерсанты с большим «энтузиазмом» включились в работу. Только за июль из страны был вывезен рекордный объем — 2,3 млн тонн зерна. Предыдущий максимум за этот же период прошлого года составил 1,9 млн тонн. В августе экспортеры замахнулись уже на 3,5 млн тонн — абсолютный рекорд за все время существования зернового экспорта. Хорошие виды на урожай позволили России вернуться в лидеры мировой торговли гораздо быстрее, чем ожидалось. В планах Минсельхоза РФ в этом зерновом году экспортировать до 20 млн тонн, о чем министр информировала главу государства на последней рабочей встрече.

Причина столь высокого спроса на российское зерно, считают эксперты, — низкая цена при его хорошем качестве. К тому же, российские экспортеры в июле откровенно демпинговали: в расчете на тонну российская пшеница продавалась как минимум на 20–30 долл. дешевле, чем французская или американская. К примеру, в Египет россияне предлагали зерно по 262 долл. за тонну с погрузкой в порту, тогда как их конкуренты — по 281–291 долл.

Основными покупателями российского зерна, как и в прошлые годы, остаются страны Северной Африки и Ближнего Востока — Турция, Саудовская Аравия и другие. Однако география продаж начинает стремительно расширяться за счет стран Юго-Восточной Азии и Европы. Так, более 170 тыс. тонн пшеницы приобрела Италия. Заинтересовались российским зерном Испания, Эквадор и Мавритания, которые, надо заметить, предъявляют большие требования к качеству зерна и до этого никогда наше зерно не покупали. Благоприятствует россиянам и то, что у многих крупных мировых зернопроизводящих регионов — Австралии, Канады, стран Европы — возникли проблемы с урожаем из-за неблагоприятных погодных условий.

Благодаря поставкам в страны Юго-Восточной Азии, в Минсельхозе РФ надеются высвободить мощности, занятые еще с прошлого года, в Алтайском крае, Новосибирской области, других регионах Сибири. Планируется также вывозить за рубеж зерно, собранное в Южном и Северо-Кавказском федеральных округах. По мнению президента Российского зернового союза (РЗС) Аркадия Злочевского, расширение экспорта зерна, поиск новых направлений позволит избавиться от излишних запасов, которые находятся в государственном интервенционном фонде зерна (ГИФ). В нем даже после жесточайшей засухи осталось 6,7 млн тонн зерна, в том числе зерно урожая 2005 года. В советские времена норматив хранения зерна составлял три года, максимально его можно держать в элеваторах пять лет.

Однако порты юга России работают уже на пределе своих возможностей. Для доставки зерна на Балтику и в дальневосточные порты, считают в Зерновом союзе (солидарны с этим мнением и многие сибирские губернаторы), нужны льготные железнодорожные тарифы. Аркадий Злочевский уже обратился по этому вопросу к президенту страны. При этом глава РЗС убежден, что льготные тарифы должны быть долгосрочными, не менее чем на пять лет, чтобы гарантировать стабильность потоков тем инвесторам и покупателям, которые захотят осваивать новые направления. По словам Злочевского, президент с пониманием отнесся к этой проблеме и передал этот вопрос на рассмотрение правительства. Пока главным противником введения льготных тарифов является Минфин, которому, если вопрос решится положительно, придется компенсировать выпадающие доходы РЖД.

Если расширение экспортных поставок зерна, повышение экспортных цен на этот товар в среднем на 293 долл. за тонну дают отличный шанс хлеборобам юга европейской части страны и на приемлемые для них закупочные цены, то ряд других регионов, расположенных далеко от портов, находятся пока «на голодном пайке». Здесь, наоборот, наблюдается падение стоимости зерна. Как видим, ожидаемый в этом году хороший урожай еще раз демонстрирует изъяны сложившихся форм регулирования зернового рынка страны.

По данным Национального союза зернопроизводителей России, рыночная цена на зерно в некоторых субъектах Российской Федерации опустилась ниже уровня, установленного для проведения государственных закупочных интервенций. У многих производителей зерна существует реальный риск уйти в серьезные убытки уже в процессе уборки. И с такой динамикой падения цен у крестьян очень скоро не будет возможности покрывать издержки производства.

Разговор о совершенствовании регулирования рынка продукции АПК идет не первый год. Однако, как отмечает первый вице-премьер Виктор Зубков, четких подходов к решению поставленных задач до сих пор не выработано. Он обязал Минсельхоз России в ближайшее время представить в правительство предложения по модернизации механизма государственных интервенций и реализации иных механизмов защиты агропродовольственного рынка от ценовых колебаний, включая биржевые и залоговые. Речь также идет о сокращении издержек по всей продовольственной цепочке, повышении финансовой устойчивости сельхозпроизводителей, инвестиционной активности отраслей АПК, развитии инфраструктуры и логистики агропродовольственных рынков. «Только такая работа позволит сельхозпроизводителям получать максимальную отдачу от своего нелегкого труда», — считает Виктор Зубков.

Пока же экономическое положение сельхозпроизводителей «оставляет желать лучшего». Средний уровень рентабельности предприятий АПК немногим превышает 8 %. И это с дотациями государства! Многие полагают, что деятельность зерновых хозяйств приносит им хорошую прибыль. Однако это не совсем так. Взять прошлый острозасушливый год — сам бог велел этим хозяйствам при довольно большом дефиците зерна существенно «обогатиться». Но эти надежды так и остались надеждами. Цена на зерно — 4017 руб. за тонну была на 9 % ниже, чем в 2009 году. Не случайно в национальном докладе о развитии АПК в прошлом году отмечалось, что все это негативно отразилось на экономике зернопроизводящих хозяйств. В 40 субъектах Российской Федерации реализация зерна была убыточной, в 23 регионах рентабельность составила менее 15 %.

Государственные зерновые интервенции, которые с небольшими перерывами функционируют с 2000 года и призваны влиять на ценовую политику, не устраивают, как показало время, ни производителей, ни само государство. Проведение торгов откладывалось на позднюю осень, в результате хозяйства, испытывающие сезонную нехватку оборотных средств, вынуждены были продавать свой урожай по бросовым ценам посредникам. Безмерно усложнялась процедура участия в торгах самих крестьян. Бывало, что декларируемые государством минимальные цены на зерно оказывались их верхним пределом. Весной этого года торги пересекались с административным распределением государственного кормового зерна. От всех этих изъянов в первую очередь, конечно же, страдают производители зерна.

Со своей стороны чиновники Счетной палаты «упрекают» сельчан, что хранение интервенционного зерна для государства обходится слишком дорого. Как будто крестьяне виноваты в том, что элеваторы, которые находятся в частных руках, «влачат жалкое существование», а с их владельцами не налажены взаимовыгодные экономические взаимоотношения.

По словам Елены Скрынник, объем интервенций в этом году может составить около 1,5–2 млн тонн. Большие надежды Минсельхоз возлагает на так называемые залоговые операции. В мире они используются давно и успешно. Суть залогового механизма такова — аграрии получают возможность отдать зерно государственному агенту на хранение и получить за него цену, близкую к себестоимости его производства. Все это позволит им расплатиться с кредиторами и вновь засеять поля. А при улучшении ситуации на рыке, финансового положения хозяйства крестьяне могут вернуть деньги государству, забрать свое зерно и продать его, если появится такая возможность, по выгодной цене. Если же цены на рынке не будут расти, то данное зерно остается в собственности государства, которое может распоряжаться им по своему усмотрению.

Вроде бы все разумно. Однако найдутся ли у производителей зерна средства, чтобы выкупить «заложенное» в интервенционный фонд зерно? Не придется ли им брать дорогие кредиты или прибегать к услугам посредников? Так что вопросов остается еще много. В Минсельхозе обещают, что государственные закупочные интервенции на рынке зерна начнутся уже в сентябре. Сумеют ли производители зерна существенно поправить свое материальное положение, узнаем довольно скоро.